Teo1974
Знаю ответы на все вопросы: да, нет, не вопрос
Фанатик. Рекомендую этот фильм (The Believer, 2001г.) (не путать с Фанатом где есть де Ниро). У него имеется даже награда Московского кинофестиваля, гордись страна

Буду осторожен с превосходными эпитетами. Для меня эта картина ценна не только отличными актерскими работами и множественными подтекстами- вроде бы сужденными каждому фильму на околорелигиозную тематику, но по факту присущими отдельным из них- но и качественным размышлением на тему слабых мира сего и плоскостям их отношений с сильными. На моей памяти это самая качественная и глубокая «экранизация» обозначенной темы

Достаточно давно меня посетила мысль- каждое общество рано или поздно достигает того уровня развития- промежуточного исходя из его анормальных проявлений- когда слабые начинают управлять сильными. Наше сейчас достаточно прочно зависло как раз на этом уровне. Слабыми называются так или иначе угнетенные или пользующиеся перманентным презрением, дискриминируемые. Национальные меньшинства- самый яркий их пример- афроамериканцы, евреи, кроме того женщины, геи и т.п. Герой фильма предлагает универсальное решение призванное решить всю эту проблематику- любить их. Выбить тем самым их единственный козырь- пресловутую слабость, подчиненность, зависимость

В условиях когда убирается конфронтация между белыми и загорелыми, мужчинами и женщинами, евреями и остальными во всей красе восстает истина- «слабые» теряют всю свою мифологию, систему ценностей, идеологию и мораль, стиль поведения, т.е. вся их общность утрачивает хребет. Теперь это равные среди равных, но лишенные способа воздействия на других, тех кто оказывались до того в подчиненном положении из-за политкорректности и толерантности, проповедуемых в масштабах государств. Чувством вины очень несложно и продуктивно оперировать, даже если оно не «твое», а навязано. Конфронтация, борьба, конфликты это воздух, условие единения и поддержание генеральной линии, заполняющие все существование и подменяющие его суть. Применительно к евреям- еще и их убежденность в собственной избранности

Война ради войны, бесконечная, сценарно выверенная. Капитуляции в сценарии нет и вся надежда что узурпаторы не устанут доминировать и не переиграют сами себя, вырастив терпимых граждан

«Ты не хочешь чтоб я был твоим напарником потому что я ниггер!». Никаких доводов оппонент не услышит, в его операционном центре с детства имеются те необходимые императивы к которым сводятся все услышанные сентенции. Значит из уравнения надо убрать назойливый фактор и оставить общечеловеческий, к которому не может быть претензий с позиций слабого: «Я хочу чтобы моим напарником был другой ниггер»

Из этой же оперы взаимоотношения власти и народа. «Это не мы такие, это мир такой». Блаженное бездействие причиной которого называют мифических «их»- «сильных мира сего»- и обыватель имеет полные основания напиваться от бессилия и искать не только внутренних, но и внешних врагов, клеймя их и угрожая расправой. Унифицированный враг у всех один- евреи. Этот народ тоже как и любой другой имеет не только внешних врагов, но и внутренних. Таковым был герой фильма Дэниел

В фигуре героя представлено противопоставление знания и веры- современного человека предпочитающего и способного самостоятельно определять для себя неписаные законы через право свободы мысли и самовыражения и людей, слепо верящих в тексты и ритуалы данные их предкам только позавчера изобретшим колесо. Начавший учиться на раввина мальчик сразу начал проявлять вольнодумство, он не жаждал быть изгнанным, но стремился получить ответы на вопросы, оказавшиеся неудобными, развеять свои сомнения и возможно укрепиться в вере. Ортодоксальные институты разрешают такие ситуации элементарно- наказанием и при отсутствии результата- изгнанием. Повзрослевший Дэниел вместо раввина становится бритоголовым и идеологом антисемитского движения, остро мыслящим и имеющим дар оратора

Герой крайне противоречив- утром задирая беззащитного юношу с пейсами вечером он штудирует тору, используя сие знание как метод идеологического давления. Самый страшный враг- информированный инсайдер. Рядом со своими недалекими сторонниками он выглядит белой вороной- его претензии к единокровному народу не сводятся к уничтожению оного, но к изменению его, насаждении новых связей с божественным, раскрепощение. Ради этой цели Дэниел готов на формальный личный геноцид, он не может видеть как люди покорно служат несуществующему идолу, но правда обретая тем самым атрибут собственной избранности и.. силу

Хорошую иллюстрацию схожей ситуации я увидел недавно в индийском фильме, художественном, без песен и плясок. Там молодая вдова возрастом лет 10-ти спрашивала у старших соратниц можно ли им снова выйти замуж?
-Нет
-Почему?
-Не знаю. Спроси у бога

Какого бога спрашивать и где его искать? Очевидно что как бы от того не открещивались, но любое божество имеет обличье служителя культа, который и будет вести речь от имени своего «патрона». Божья воля становится человеческой, преображаясь, будучи пропущенной через собственный опыт и мировоззрение конкретного носителя, пусть и основанные на единой базе. Обычно это ровно то что людям и нужно- и пастыри довольны и паства

Но Дэниел крайне недоволен, за богобоязненностью соплеменников он видит только пустоту, негласный заговор молчания, когда никто по аналогии с голым королем не возопит- а бог-то голый. Мальчиком герой пытался.. но безуспешно и отвращение к подобной глупости, дожившей до нашего просвещенного времени, конвертируется в отвращение ко всем посещающим синагогу

Выход на передовую не приносит облегчения и не приближает реализацию цели- да и какая может быть реализация- проверенная тысячами лет доктрина против одного жалящего насекомого, если брать в сравнении. Становится лишь хуже- несостоявшийся раввин обнаруживает себя между двумя полюсами- недалекие радикалы-боевики и интеллектуальная верхушка- идеологи, для которых межнациональная ненависть является ширмой финансовой деятельности- через получение доступа к активам состоятельных антисемитов, сузивших свою деятельность до разовых взносов- деньги-то дороже

Обтесавшись в высоких кругах, разочаровавшись в руководителях, герой осознает всю бесполезность собственных телодвижений, поняв что за ненавистной ему верой ничего нет, он понимает и что верующие трактуют опыт не с позиций знания, но с позиций веры, т.е. не силы, а слабости. Силовые методы тоже ничего не могут поделать- этот раздражитель как когда-то в Колизее львы только заставляет угнетаемых более истово молиться и просить у отца небесного дать им сил на преодоление испытаний. И испытания он дает, и силы- а от человека то что? Только моление, служение отцам церкви?

Когда и если бог дает тебе все что ты хочешь он становится твоей собственностью. Его воля условна, человек сам решает как воспринимать происходящее вокруг, как спущенное свыше испытание с которым необходимо смириться, или как неприятную случайность, позволяющую действовать исходя из собственных посылок. В первом случае ты собственность бога, во втором он твоя. С другой стороны если все что ты имеешь тебе даровано богом то кто чей раб? Творец любит сирых у убогих- наших приснопамятных слабых- чей промысел состоит единственно в стагнации, закостенелости, сохранении собственного зависимого положения. Сравните юродивого и ученого- кто из них нужен господу?

Ученый суется везде, ищет что-то, познает, но и производит.. юродивый юродствует и только, но это именно он «принял на себя эту долю», он особенно угоден божеству. Кто-нибудь способен вообразить мир где все убоги и нищи, где нет наук кроме богословия? Впрочем это отдельная тема; в представлении Дэниела его народ состоит из таких вот нищих духом, не способных отказаться от роли марионеток за нити которых дергает традиция, отнюдь не господь. Есть лишь один способ победить- не существует бога без адептов, он умрет вместе со смертью последнего, как дом теряет свою суть и рушится когда некому в нем жить, однако это не тот путь

Самые кровопролитные склоки всегда идут за собственность, стоит ли удивляться что религиозные войны не сходят на нет? Оно и понятно- шутка ли если собственность за которую идет борьба это всемогущее божество которое даст здесь и воздаст там?

Иными словами фильм предлагает еще раз задуматься о слепых и зрячих, верующих и знающих, ограниченности и интеллекте. Прочность цепи определяется прочностью самого слабого ее звена, как бы высоко не подняло человечество планку цивилизованности, общество будет страдать покуда его членами движет не разум, но невежество и слабые диктуют правила сильным. Покуда очкарики обижаются на очкариков- мы обречены